Скромное обаяние российского устойчивого развития

11 декабря в рамках международной климатической конференции ООН в Мадриде (СОР25) состоялась сессия высокого уровня, организованная государственной корпорацией развития ВЭБ.РФ в павильоне Международного клуба финансирования развития (IDFC). На мероприятии под названием «Зеленый подход к устойчивому городскому развитию в России» обсуждалось внедрение Целей устойчивого развития (ЦУР) и Парижского соглашения по климату в России. Выступление чиновника российского правительства, по своей сладости, составило серьезную конкуренцию известному испанскому десерту «крема каталана» (в простонародье – крем-брюле).

Михаил Расстригин, заместитель министра экономического развития, рассказал, что правительство сейчас разрабатывает законодательные рамки для внедрения принципов устойчивого развития и климатической политики, которые обеспечат движение страны и отечественных компаний в сторону низкоуглеродного развития. Согласно его надеждам, низкоуглеродное развитие станет дополнительным толчком для экономического и технологического развития России.

В частности, правительство сейчас работает над стратегией низкоуглеродного развития до 2050 года. В документе будут рассмотрены несколько сценариев и все механизмы, необходимые для достижения российских климатических целей. Публикация финальной версии стратегии ожидается в июне 2020 года. Также правительство продолжает работать над национальным планом адаптации к изменению климата. По словам г-на Расстригина, данный документ позволит России плавно адаптироваться к изменению климата и при этом не замедлить экономического роста. Очень смело!

Все же есть и легкая озабоченность. По мнению г-на Расстригина, Россия пытается выполнить Цели устойчивого развития, но здесь есть некоторые терминологические расхождения с остальным миром. «Просто то, что мы делаем, мы не называем устойчивым развитием», — пояснил замминистра. При этом многие российские проекты, например, национальные проекты и другие механизмы, касающиеся социальной жизни и бизнеса, покрывают вопросы устойчивого развития. Возможно, в России все же следует ввести связанную с ЦУР терминологию в официальный язык. Как, скажите пожалуйста, бороться против изменения климата, не договорившись о терминах?

По словам г-на Расстригина, Россия намного более амбициозна, чем предполагает «Повестка-2030» — например, ее стратегия низкоуглеродного развития разрабатывается на период до 2050 года, а не до 2030, как предполагают ЦУР. Будем надеяться, это не потому, что до 2030 года Россия вообще ничего не собирается делать.

Напомним, что «Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года» (Повестка-2030) была принята в 2015 году 193 странами-членами ООН, включая Россию. Документ содержит в себе 17 Целей устойчивого развития и 169 задач, которые охватывают три направления развития: экономическое, социальное и охрану окружающей среды. Предполагается, что страны должны стремиться уделять одинаковое внимание всем этим трем направлениям и рассматривать их в совокупности, а не отдельно друг от друга.

В России отсутствует стратегия устойчивого развития, и ее разработка пока даже не обсуждается. Национальные проекты охватывают далеко не все ЦУР, и в них наблюдается прежний акцент на экономическом росте, вопросам охраны окружающей среды уделяется недостаточное внимание. В рамках Парижского соглашения по климату, которое Россия ратифицировала в сентябре 2019 года, российская цель по сокращению выбросов парниковых газов установлена на уровне, превышающем текущий. К 2030 году Россия планирует снизить выбросы до уровня 70-75% от объема 1990 года, при том что в 2017 году российские выбросы без учета поглощающей способности лесов составили 68% от объемов 1990 года. Более того, резкое снижение выбросов парниковых газов в России произошло еще в начале 1990-х гг. и было обусловлено глубоким промышленным кризисом, который последовал за распадом СССР, а не программой климатических действий. Начиная с конца 1990-х гг. выбросы в России демонстрировали поступательную динамику и в целом, к настоящему времени, выросли.

Последняя версия проекта обновляемой в настоящий момент энергетической стратегии России на период до 2035 года (редакция от 21.10.2019) предполагает «обеспечение стабильного, при благоприятных условиях – растущего, уровня добычи нефти», «развитие производства и потребления СПГ, вхождение Российской Федерации в среднесрочной перспективе в число мировых лидеров по его производству и экспорту» и «укрепление позиций на мировом рынке угля». В основу прогноза социально-экономического развития России на период до 2036 года заложен устойчивый уровень добычи нефти, рост добычи газа и положительная динамика объемов добычи угля.

Фактически, Россия в обозримом будущем не планирует снижать выбросы парниковых газов и переходить к устойчивому развитию. Жаль, что заместитель министра экономического развития об этом ничего не знает. Или все дело в терминологической разнице?

Оставьте комментарий

Filed under COP-25

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s